Паника по поводу коронавируса

Наш друг и товарищ Gerrit Junghans прислал ссылку на видеозапись с доктором Вольфгангом Водаргом «Corona Panic — erstaunliche Einblicke» (https://youtu.be/MkK-lCwIPL8). Я сделала перевод его размышлений по субтитрам. Итак:

Мой перевод статьи: сделан 22.03.2020, г. Владивосток.

В связи с эпидемией коронавируса я хотел бы немного прояснить ситуацию, в которой мы якобы оказались. Во-первых, я думаю, что эта шумиха должна была бы пойти на спад, но она так сильно раздута в СМИ, что возникла необходимость в ней разобраться поглубже. Я работал врачом и возглавлял комитет здравоохранения, и у меня есть свой взгляд на проблему, своя система мониторинга гриппозных инфекций. Каждый год я отслеживал, сколько заболевших приходится на 150000 человек. Ежегодно во всем мире фиксируются новые разновидности вирусов, потому что вирусы должны меняться, иначе, если они вернутся на следующий год, наша иммунная система распознает их, и тогда они не смогут нас заразить так, как им хотелось бы. Поэтому они постоянно мутируют, а мы в результате каждый год наблюдаем новые вирусы. Существует около 100 различных типов вирусов, которые постоянно изменяются. До сих пор нам было все равно, какие именно вирусы вызывают грипп, … или иную болезнь, как бы вы ее ни называли. В Глазго в течение нескольких лет проводились исследования. Специалисты располагали лишь доступными им тестами. Это означает, что они не исследовали все 100 типов вирусов, а только лишь те, которые имели возможность протестировать. Так, они изучили только 8-10 различных вирусов, и коронавирус всегда был лишь одним из них. Это данные из Глазго: с 2005 по 2013 год они проверяли, какие вирусы встречались при респираторных заболеваниях. Эти цветные столбцы показывают вирусы.


Зеленым цветом обозначен коронавирус, который всегда был в числе проверяемых. В норме на коронавирус приходится 7-15 % от общего числа, могут быть колебания от 5 до 14 %. Следовательно, это нормально, что большую часть исследованных вирусов составляли коронавирусы. Затем случилось следующее: в Ухане находится самая крупная в Китае лаборатория по исследованию вирусов. Таким образом, там есть множество специалистов, которые ежедневно занимаются их исследованиями. Ухань – огромный город, в нем проживает 11 миллионов человек, там сосредоточены крупнейшие больницы и отделения интенсивно терапии, людей с пневмонией там сотни. Но тестируется там лишь несколько человек, менее 50 пациентов, у которых находят вирусы и исследуют их РНК в лабораторных условиях, поэтому там всегда находят новые типы вирусов. Этот привлек их внимание. Когда вирусолог находит нечто подобное, он заносит всю информацию в глобальную базу данных по вирусам. И эта база данных доступна для ученых всего мира, в том числе, например, и для берлинских исследователей. В Берлине они проверили и сравнили эту новую запись, затем попытались создать тест на определение этого нового варианта коронавируса. Тогда мистер Дростен представил протокол в ВОЗ, и он был принят очень быстро. Обычно тест как медицинский продукт должен иметь подтверждение. Это означает, что он должен быть очень точно выверен. О чем нам говорит это тест? Что он измеряет? Упомянутый тест является внутренним тестом, разработанным в берлинской клинике Шарите. Но, поскольку других проверенных тестов не было, а возникла сильная паника, было решено повсеместно использовать этот тест. Конечно, вирусологи не могут точно ответить, опасен ли вирус или нет. Они могут только подтвердить, что он изменен или, что у них есть тест для него. Но представляет ли вирус угрозу, мистер Дростен? Каким образом он мог это узнать? Ему бы понадобились последующие эпидемиологические данные, основанные на наблюдениях за больными людьми. Как быстро они могут восстановить здоровье? Больше или меньше жертв, чем наблюдалось прежде? Вот почему важно искать данные за прошлые годы и сравнивать их между собой. Необходимо отслеживать уровень смертности, чтобы выяснить, сколько людей погибло от данного вируса. Так нужно проводить наблюдение за определенными вирусами, в частности, за коронавирусом. Вы можете изучить общую численность населения, при этом вы обнаружите, что предположительно около 8-10% населения будут заражены каким-то вирусом, который вызвал их заболевание. Но если вы возьмете за основу медицинскую практику, проведете там анализы, определите, кто болен, тогда, конечно, вы выявите гораздо больше положительных случаев заражения. А, если вы проведете обследование в больницах, и возьмете образцы вируса там, то обнаружите еще больше людей, инфицированных коронавирусом. Все зависит от того, какое население вы берете за основу своего исследования: все ли население в целом, пациентов ли, ожидающих приема в больнице или больных, находящихся на лечении в клиниках, или вы изучаете очень больных пациентов, находящихся в отделениях интенсивной терапии, которые находятся на грани смерти, во всех случаях вы выявите 7-15%, у которых тест подтвердит коронавирус. Тем не менее, если они умрут от коронавируса или иного вируса, мы в любом случае будем иметь дело также с коронавирусом и не сможем быть уверены в том, что не он привел к летальному исходу. Поэтому, когда вы обозреваете смертельные случаи в Италии, вы желаете знать, где проходило тестирование, где и каким образом использовались эти несколько доступных тестов. Если они использовались в больницах на действительно терминальных больных, то естественно смертность от коронавируса возрастет, т.к. исследование проводилось на специфической группе. Смертность, связанная с определенным заболеванием, соотносится с процентом умерших людей, зараженных этим заболеванием. Что касается сезонного обострения респираторных заболеваний, всем известных как грипп, смертность от них составляет около 0,1%, и это обычно максимум. Это означает, что каждую зиму один из тысячи зараженных вирусом гриппа умирает. Теперь нам нужно выяснить, увеличилось ли их число из-за коронавирусов. Для Германии предположительно смертность увеличилась на 20 000- -30 000 человек больше, чем без гриппа. Это называется избыточной смертностью. Поскольку мы знаем, что коронавирус всегда составляет 5-14 % от общего числа больных гриппом, давайте скажем 10%. Предположим, что в предыдущие годы мы проверили всех действительно больных пациентов в больнице на коронавирус, с которыми конечно ничего не случилось. Мы ожидали бы обнаружить 2000-3000 человек, ежегодно умиравших от гриппа, у которых также был бы коронавирус. Но мы все еще далеки от этого числа. Очевидно, именно в этот раз вирусологи создали нечто очень сенсационное, и своим созданием они действительно произвели впечатление на правительство Китая. Китайское правительство сделало из этого нечто действительно большое, внезапно это стало очень важным в политическом плане — полностью вышло за пределы вирусологических рамок. Внезапно повсюду в аэропортах были установлены системы распознавания лиц, измерялась температура. Клинический термометр контролировал движение на улицах Китая. И все это было настолько показательным, что привело к международным последствиям, политики должны включиться в борьбу с этим, должны были отстаивать свою позицию. Затем в игру снова вступили вирусологи. Правительства поинтересовались мнением своих вирусологов, и они подтвердили, что этот вирус действительно вызывает беспокойство и предложили разработать тесты для обследования на вирус, как это сделали в Китае. Вокруг этого поднялся бум. Информационные сети и паблики были преобразованы в экспертные группы. И политики обратились к этим экспертным группам, которые изначально затеяли всю эту шумиху. И они действительно поглотили эту сеть, переместились в нее. Это привело к тому, что политики начали опираться на эти аргументы, использовать эти аргументы для оценки тех, кто нуждается в помощи, определять меры безопасности или меры допущения. Все их решения были приняты под влиянием этих аргументов. Это значит, что сейчас критикам сейчас будет очень трудно сказать: «Стоп. Ничего не происходит». И это напоминает мне эту сказку о голом короле, когда только маленький мальчик смог сказать: «А король-то голый!» Все остальные – двор и окружение правительства, просящие у правительства совета, потому что не могли принимать решения сами — все они подыгрывали и присоединялись к обману. И, как в этой сказке, политики окружены большим числом ученых, которые хотят иметь вес среди политиков, поскольку они нуждаются в инвестициях для своих институтов, ученых, которые плывут по течению и также хотят получить свою долю … «Мы тоже можем помочь!»? «Мы предлагаем!», «У нас есть программа для этого!» … Поэтому так много людей, говорящих: «Привет! Мы тоже хотим помогать!», потому что они хотят на этом заработать и стать значимыми. И в этот момент упускается рациональный (здравый) взгляд на происходящее. Мы должны задаться вопросами: Каким образом вы пришли к выводу, что вирус представляет опасность? А как было раньше? Разве в прошлые годы было не так? Действительно ли сейчас происходит что-то иное? Это упускается. А король-то голый.

1 комментарий

  1. Уточнение
    г-н Дростен — Берлинский вирусолог, государственный чиновник
    ссылки по теме уточнения:
    https://www.interfax.ru/world/697394
    https://www.interfax.ru/world/697394

Добавить комментарий

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.

*

code