«

»

ЧЕСТНЫЙ МЕДВЕДЕВ, ИЛИ ДОЛОЙ КАПИТАЛИЗМ!

Действовать так, как в 1912-1914 г.г., когда мы умели говорить о свержении царизма революцией и вооружённым восстанием, не теряя легальной базы ни в Государственной думе, ни в страховых кассах, ни в профессиональных союзах и т.д.

Владимир Ленин

Во время обсуждения в российском правительстве идеи налога на неработающих председатель российского правительства Д. Медведев заметил, что «Речь идет не о налоге на тунеядцев… У нас по действующим правилам, да и по конституции, если хотите, можно и не работать. У нас нет ответственности, как в советские времена, в том числе уголовной, за тунеядство… Но те, кто в таких фондах (государственное социальное страхование – Р.К.) не принимает участия – действительно министерство ставит об этом вопрос.» (МАГАС, 21 окт – РИА Новости).

Это великолепное замечание Д. Медведева как нельзя лучше выражает дух капиталистического общества не только по своему откровенному цинизму, но и по той наивности, с которой оно выбалтывает нелепые противоречия буржуазного мозга. Действительно, законодательно гарантировать бесплатное лечение и образование всем членам общества, безразлично, работает человек или нет (ст. 7, Конституция РФ) и законодательно же устанавливать необязательность труда (ст. 37, Конституция РФ), и в то же время возмущаться тем, что неработающие не принимают участия в формировании государственных фондов социального страхования, но пользуются этими государственными фондами, – разве это не доказывает нелепое противоречие буржуазного мозга? Доказывает.     

Д. Медведев честный человек, и, по-видимому, его так достала идея обложить налогом домохозяек, малолетних детей, помогающих по дому, словом, всех, кто способен держать в руках веник, что он на глазах у всей России стал вдалбливать слабоумному министру труда, что современная Россия – это не советская Россия, где тунеядство было законодательно запрещено, каралось уголовными мерами; что современная Россия – это капиталистическая Россия, где тунеядство конституционно узаконено, и поэтому вводить налог на тунеядцев просто недопустимо.

Понятно, что когда Д. Медведев говорит о налоге на неработающих, то он имеет в виду не тех, кто, по вполне понятным причинам, не участвуют в общественно полезном труде, а тех, кто промышляют на чёрном рынке или получают доходы от просто владения той или иной собственностью, но скрывают эти доходы от налогообложения. Например, собственник жилья получает доход от сдачи жилья в аренду, но скрывает этот доход, налог с него не платит. Этот собственник, конечно, тунеядец, ибо вообще «живёт на чужой счёт, чужим трудом» (Толковый словарь русского языка). Говоря языком политической экономии, которую, между прочим, создали буржуазные мыслители, тунеядец – это человек, который эксплуатирует чужой труд, т.е. безвозмездно присваивает себе продукты чужого труда.

Впрочем, могут возразить: человек, сдав в аренду жильё, оказывает благодеяние тому, кто нуждается в жилье. На самом же деле жильё сдаётся в аренду не из альтруистских побуждений, а именно потому, что арендная плата за пользование жильём является источником дохода для его собственника. И то, что собственник жилья построил это жильё сам или не сам, не имеет никакого значения; кроме того, не следует путать плату за пользование жильём с услугами, предоставляемыми в виде электричества, воды, тепла и т.д., ибо это разные вещи. Здесь главным, решающим моментом является то, что жильё выступает не только условием человеческой жизни вообще, но ещё и средством для его собственника присваивать продукты чужого труда: один сдаёт жильё и получает доход, не пошевельнув даже пальцем для этого, а другой должен трудиться, чтобы иметь возможность жить и сверх того ещё платить за съём жилья. Ещё циничнее обстоят дела со сдачей земли в аренду, вообще взимание платы за пользование землёй, ибо земля не является продуктом труда, а является данной природой первичным условием всякой жизни.

Вопрос о налоге с неработающих членов общества – это не простой вопрос, а глубоко волнующий всех россиян вопрос. А именно: каким образом одному человеку удаётся безвозмездно присваивать себе продукты труда другого человека? Или, иначе говоря, каковы те условия, при которых возникает возможность эксплуатации человека человеком.

Ответ на этот вопрос простой.

Люди не могут существовать без пищи, одежды, жилья и других средств существования. Но эти средства существования природа не даёт им в готовом виде. Чтобы иметь их, люди должны трудиться, должны производить. Производственная деятельность всегда осуществляется при помощи средств производства (земля, леса, воды, недра, сырые материалы, орудия производства, здания, средства сообщения и связи и т.д.)

Но люди производят материальные блага не в одиночку, а сообща, группами, обществами. Это говорит о том, что при производстве средств существования люди связаны друг с другом и зависят друг от друга, вступают между собой в определённые производственные (экономические) отношения. Эти отношения могут быть либо отношениями сотрудничества и взаимопомощи свободных от эксплуатации людей, либо отношениями господства и подчинения, отношениями эксплуатации человека человеком. Это зависит от того, в чьей собственности находятся средства производства.

Когда средства производства находятся в общественной собственности, тогда в обществе складываются отношения содружества и взаимопомощи свободных от эксплуатации людей, как это, сравнительно недавно, имело место при социализме. Когда же средства производства находятся в частной собственности, тогда общество неизбежно раскалывается на два класса:  с одной стороны, частные собственники средств производства, а с другой – лишенные их трудящиеся, что делает возможной эксплуатацию последних собственниками средств производства.

Человечество знает три способа эксплуатации человека человеком, которые, закономерно, в силу естественноисторической необходимости, сменяли друг друга: рабовладельческая, феодальная и капиталистическая. Вместе с тем они различаются как по характеру труда, так и по характеру присвоения продуктов труда.

Раба принуждали к труду плетью, или, выражаясь научно, внеэкономическим фактором. Продукты труда раба присваивались рабовладельцем непосредственно, в натуральной форме. Рабовладелец полностью распоряжался продуктами труда раба. Некоторая часть их шла на содержания раба в виде средств существования, в качестве необходимого продукта, которым обеспечивалось воспроизводство его рабочей силы. Другая часть, заключавшая избыток над необходимым продуктом, поступала на удовлетворение «потребностей желудка и фантазии» рабовладельца и являлась прибавочным продуктом. Отсюда следует, что и само рабочее время непосредственного производителя – раба распадалось на необходимое и прибавочное время, или, говоря иначе, его труд разделялся на необходимый и прибавочный труд.

 В определённой мере плеть применялась и при феодализме – крепостном праве. Хотя крепостной крестьянин и не был собственностью феодала, но он был прикреплён к феодалу в силу того, что основное средство производства – земля была собственностью феодала. Феодал наделял крепостного крестьянина землёй. Пользуясь своим наделом, крепостной крестьянин обязан был работать на феодала, отдавать феодалу свой прибавочный продукт в натуральной или денежной форме.

Положение дел резко меняется с появлением капитализма. При капитализме все лично свободны, следовательно, все, как свободные люди, обладают равными правами, закрепленные юридическими законами. Однако капитализм основан на частной собственности, и поэтому здесь, как и при рабстве и крепостничестве, одни владеют средствами производства, другие – лишены их. Те, кто владеют средствами производства, образуют класс капиталистов (олигархи). Те же, кто лишён средств производства, образуют рабочий класс (рабочие, трудящиеся). Таким образом, рабочие, хотя юридически и свободны, но, не имея средств производства и средств существования, находятся в экономической зависимости от капиталистов, что и позволяет капиталистам эксплуатировать рабочих.

Но, как уже было сказано, характер капиталистической эксплуатации резко отличается от характера как рабовладельческой, так и феодальной эксплуатации. При рабовладении и крепостничестве эксплуатация носит насильственный характер; здесь продукты труда непосредственного производителя: раба или крепостного, присваиваются непосредственно, в натуральной форме.

Иначе обстоят дела при капитализме. При капитализме никого нельзя заставить работать силой, ибо здесь личная свобода каждого защищена юридическим законом. Но поскольку, во-первых, рабочие лишены средств производства, поскольку, во-вторых, средства существования можно купить при помощи денег, которые, опять-таки, монополизированы капиталистами в виде банковского дела, то рабочая сила для самого рабочего принимает форму принадлежащего ему товара, а потому его труд принимает форму наёмного труда. В результате этого рабочий, обладая личной свободой, но под угрозой голодной смерти, нанимается на работу к капиталисту, т.е. продаёт капиталисту свою рабочую силу для того, чтобы получить от него деньги и купить на них средства существования. Начиная с этого момента, все общественные отношения принимают вид товара, везде господствует принцип купли и продажи. При капитализме не только средства производства и средства существования, но и рабочая сила человека, совесть, достоинство, честь и т.д., одним словом – всё становится предметом купли-продажи, разменивается на деньги.

Наёмный рабочий, продав свою рабочую силу капиталисту, теряет право на свою проданную рабочую силу, а следовательно, и на всё то, что он производит. Капиталист же, купив рабочую силу рабочего, приобретает права на эту рабочую силу, а следовательно, и на всё то, что производит рабочий. Эта купля-продажа рабочей силы оформляется в виде юридического договора, содержанием которого является отношение экономической зависимости рабочего от капиталиста, эксплуатации рабочего капиталистом.

«Римский раб был прикован цепями, наёмный рабочий привязан невидимыми нитями к своему собственнику. Иллюзия его независимости поддерживается тем, что индивидуальные хозяева-наниматели постоянно меняются, а также тем, что существует fictio juris (юридическая фикция) договора». (К. Маркс, «Капитал», т.1).

Итак, рабочий продаёт капиталисту свою рабочую силу за известную плату в день. В течение ряда часов работы он воспроизводит стоимость этой платы. Но согласно условиям своего договора он должен работать ряд часов, чтобы целиком заполнить рабочий день; стоимость, которую он создаёт в эти дополнительные часы прибавочного труда, составляет прибавочную стоимость (прибыль), которая ничего не стоит капиталисту, но всё же идёт в его карман. Если бы капиталист уплачивал бы в зарплате всю стоимость, которую создаёт рабочий в течение полного рабочего дня, то не было бы никакой прибыли.

   Однако капиталист может возразить. Разве рабочий создаёт продукты только при помощи своих рук, создаёт товары из ничего? Разве не он, капиталист, дал ему средства производства и материал, при помощи которых рабочий только и мог создать товары? И не следует ли ему записать в счёт это? Но откуда берутся средства производства и материалы, которые капиталист предоставляет рабочему для осуществления процесса производства? Средства производства и материалы создаются опят-таки трудом рабочего.

Даже если средства производства и материалы были лично созданы человеком, который их применяет, то, при безраздельном господстве частной собственности, всё же рано или поздно они становятся средством для эксплуатации чужого труда. Чтобы, как можно попроще, разъяснить, как это происходит, вернёмся к примеру с жильём. Допустим, что жильё, которое сдаётся в аренду, было заработано личным трудом. С другой стороны, жильё арендуется не ради аренды, а потому, что арендатор остро нуждается в жилье. Эта нужда обуславливает экономическую зависимость арендатора от арендодателя, чем и пользуется этот последний. Сдача жилья в аренду была бы бессмысленной, если бы арендная плата равнялась бы квартплате (оплата воды, тепла, электричества и т.д.). Весь смысл сдачи жилья заключается, однако, только в том, чтобы получить от съёмщика жилья денег больше, чем квартплата. Полученные от сдачи жилья в аренду деньги делятся на три части. Одна часть идёт на оплату квартплаты, вторая часть идёт на собственное содержание собственника жилья, а третья часть в течение известного числа лет накапливается в руках собственника жилья и составляет сумму, превосходящую стоимость жилья. Таким образом, собственник жилья за счёт съёмщика жилья оплачивает ежемесячную квартплату, живёт себе на удовольствие, да ещё плюс к этому накапливает денег для покупки нового жилья или ещё какой-нибудь полезной или вообще бесполезной вещи.

И ждать от капитализма иных общественных отношений имело бы такой же смысл, как требовать, чтобы лёд в тридцати градусную жару перестал таять.

При таком положении дел с общественными отношениями при капитализме у трудящихся – рабочего класса – есть только два пути: либо покориться капиталистическим порядкам, превратиться в нещадно эксплуатируемый рабочий скот, либо подняться на борьбу против капитализма с лозунгом: «Уничтожим частную собственность на землю, её недра, средства производства и банки, и тем самым освободим самих себя и всё общество от капиталистов – паразитов!».

За рабочий класс!

Рафик Кулиев

6 ноября 2016 г.

Просмотров: 179

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*