«

»

Великая Октябрьская Социалистическая революция. Свидетельства…

С праздником, товарищи!

img42

В наши дни очень распространена ложь, что Великая Октябрьская Социалистическая революция была переворотом, который осуществило меньшинство по инициативе и под руководством В.И.Ленина.

Понимая, что это не так, мы постоянно оспариваем такие высказывания в различных кружках рабочих и служащих интеллектуалов. И в этом споре часто необходимо использовать прямые свидетельства участников Октября.

Позже мы обязательно напишем более полную статью на эту тему, а сегодня свидетельства от меньшевиков, чья заинтересованность против ленинской партии очевидна, а поэтому и свидетельства наиболее весомы…

Юлий Осипович Мартов, Юрий Георгиевич Фельштинский Письма и документы. 1917-1922 

Мартов Ю. Письмо П. Б. Аксельроду 19 ноября 1917 г.

«Все это произошло потому, что после Демократич[еского] совещания, возродившего коалицию с ее программой неопределенных обещаний, начался процесс катастрофического ухода масс к Ленину. Один за другим Советы стали переходить к большевикам [103] , без всяких перевыборов: серяки солдаты и рабочие перебегали к большевикам. В Питере за пару недель все фракции, кроме большевиков, [превратились] в жалкое меньшинство, Чхеидзе и весь старый президиум Совета были свергнуты. То же в Москве с Хинчуком, то же почти во всех крупных городах. Одновременно та же эпидемия охватила армию: не имея возможности свергать старые комитеты, объединявшие всю армейскую интеллигенцию.

<…>

Вот положение. Оно трагично. Поймите, что все-таки перед нами победившее восстание пролетариата, то есть почти весь пролетариат стоит за Лениным и ждет от переворота социального освобождения и притом понимает, что он вызвал на бой все антипролетарские силы. При этих условиях не быть хотя бы в роли оппозиции, в рядах пролетариата – почти нестерпимо.

<…>

А между тем наш «бойкот» Смольного не только нас (особенно нас) сделал ненавистными большевистским массам, но и наших собств[енных] рабочих страшно смущает. Многие рабочие уходят из партии. Они говорят: «Вы были в Предпарламенте с кадетами [151] , а в большевистском рабочем парламенте не хотите быть». В Европе, я боюсь, наш «абсентизм» тоже не поймут».

Мартов Ю. Письмо А.Н.Штейну, 25 октября 1918 г.

«Положение партии стало невыносимым. С внешней стороны все ее проявления в советской России сведены на нет; все уничтожено: пресса, организации и т.д. В отличие от царистских времен нельзя даже «уйти в подполье» для сколько-нибудь плодотворной работы, ибо теперь уже не только жандармы, дворники и проч. следят за «неблагонадежностью», но и часть самих обывателей (коммунисты и причастные к совет[ской] власти) видят в доносе, сыске и слежке не только доброе дело, но и выполнение высшего долга».

Мартынов-Пикер А. С. Автобиография 

«После Октябрьского переворота я принимал участие в «викжелевских» переговорах с большевиками; затем, будучи выставлен кандидатом в Учредительное Собрание от тульской организации, я совершил агитационную поездку в Тулу. Накануне разгона Учредительного Собрания я выступил на железнодорожном съезде против большевиков, причем во мне заронило сильную тревогу за судьбу меньшевизма одно обстоятельство. Зал съезда был разделен на три сектора. Два сектора заполняли железнодорожные служащие, а один — рабочие. И вот оказалось, что в двух секторах, где сидели служащие, все голосовали за нас и эсеров, в рабочем же секторе все голосовали за большевиков. Один рабочий после моего выступления сказал мне: «Вы, тов. М., нас очень худо понимаете. Мы уже не те рабочие, что были раньше». Такую же отповедь я получил на тульском патронном заводе от одной немолодой работницы. Когда я в своем выступлении доказывал, что экономическая политика большевиков ввергнет рабочих в голод, работница мне ответила: «Ничего, товарищ, мы поголодаем, мы привыкли». Все это были весьма дурные предзнаменования для меньшевиков».

Ред.

Просмотров: 366

2 комментария

  1. Дмитрий

    Но в основной массе партий и населения Российской империи партия большевиков не была многочисленна. В основном была распространена в крупных промышленных регионах, а сельское население не вполне принимало её. Только гражданская война привлекла массу нейтральных слоёв к большевикам укрепив её позиции.

    1. nigmati

      Крестьяне, даже середняки, намного раньше гражданской войны перешли на сторону большевиков. Причину объясню ниже, а сначала просто факт. В моей родной Казани революционное восстание началось на два дня раньше, чем в Петрограде, а закончилось победой раньше чем большевики победили в Москве. Но Казань в то время совсем не была промышленным городом. Восстал гарнизон, поддержали гарнизон городские ремесленники и татары (крестьяне).

      Теперь о причине. Империалистическая война сделала из крестьян солдат. Солдаты, как и рабочие, находятся в коллективе, у солдат крестьянского происхождения помимо большевистских целей, было понимание, 1) что в деревне начали делить землю, а они все еще на войне, 2) что на войне они уже третий год, а землю пахать некому. Два декрета большевиков » О земле» и «О мире» подняли крестьян на продолжение буржуазной революции, но под руководством пролетарского города они пошли на революцию социалистическую.

      И, наконец, наоборот не всякий пролетарский город шел за большевиками. Ижевские рабочие, как раз во время Гражданской войны пошли за Колчаком. И тут тоже не все однозначно. Заметьте. Требования гражданской войны привели к продразверстке, продразверстка на первом этапе наоборот уже во время гражданской войны оттолкнула крестьян, а вместе с ними ижевских рабочих, которые были полупролетариями (имели домик в деревне и надел).

      Подытожим. В революцию крестьяне в 17 году пошли массово, само триумфальное шествие советской власти подтверждает эту массовость. А вот дальше все зависело от внешних событий и от взвешенности решений Советской власти. Революцию качало…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*