«

»

Фабричный рабочий образца 1905 года

Прочти, рабочий современный, о московских декабрьских днях 1905 года. О тех, кто хотел строить светлое будущее своим детям, а не детям своих хозяев. О том, каким был фабричный рабочий в 1905 году.

Здесь только лишь отрывки воспоминаний свидетелей рабочего героизма.

7 декабря, среда.

Забастовка началась. Более половины московских заводов и фабрик прекратили работу. Повсюду митинги и собрания под охраной вооруженных рабочих дружин. Колеблющиеся военные части разоружены и окружены верными правительству войсками. Теперь рабочие могли рассчитывать только на себя. Трагизм создавшегося положения не вызвал панических настроений, решимость на силу ответить силой была единодушной.

Совет рабочих депутатов разослал воззвание к вооруженному сопротивлению во все московские газеты. Но вся буржуазная пресса не дала об этом ни строчки. Напечатавшая воззвание большевистская «Борьба» была раскуплена до последнего номера. Разносчики газет вздули её цену с 5 до 25 копеек. Рвали из рук.

Последние правительственные законы о подстрекательстве к стачкам только озлобляли. На заводах ковалось холодное оружие. Лавочники поглядывали на рабочие демонстрации и запирали лавки. Железнодорожное сообщение с Москвой парализовано. Только Николаевская на Питер, обслуживаемая солдатами, продолжает работать.

Обе стороны были готовы. На одной стороне регулярная армия: пушки, пулеметы, неиссякаемый запас боеприпасов. На другой почти безоружный народ: легкое стрелковое оружие в ограниченном количестве, неиссякаемый запас ненависти к угнетателям.

 8 декабря, четверг

Кавалерия взялась за разгон рабочих митингов. Шашками рассеивают митингующих, под свист и крики «Убийцы!». Когда ты видишь, что твоего товарища бьют без пощады, то желание вместо проклятия послать пулю рождается быстро.

9 декабря, пятница.

Настрой у рабочего люда серьезный и приподнятый. Митинги не прекращаются, рабочие требуют: «Ведите вас на баррикады или кончайте забастовку!».

Совет позакрывал все винные лавки, и пьяных не было вовсе. Если не считать солдат, выполняющих функции полицейских.

Разоружение офицеров, жандармов и городовых поставлено на серьезную ногу. Начали строить баррикады на Страстной и Триумфальной площадях.

10 декабря, суббота

Привыкшие к труду рабочие руки умело повсеместно валят для баррикад телеграфные столбы, валят поперек улиц ворота, ящики, железные решетки.

На только что построенные баррикады обрушились шрапнель, пулеметные очереди и непрекращающиеся винтовочные залпы. Вырвавшаяся наружу свирепая ненависть властей к народу вызвала озлобление москвичей. Все больше рук присоединялось к постройкам баррикад.

11 декабря, воскресенье

У Бутырской тюрьмы казакам всыпали так, что те запросили подкрепление. Только пушками смогли отбить рабочие атаки.

12 декабря, понедельник

Приезжающие в Дальнего Востока военные прямо на вокзалах лишаются своего оружия. Радует их это мало, но отдают. Злить народ не рискуют.

К этому дню правительственные войска удерживали только центр города.

13 декабря, вторник.

После утреннего затишья пушечная пальба. Снаряды рвутся на улицах, унося жизни и борющихся, и случайных прохожих.

14 декабря, среда

В ночь с 14 на 15 декабря Николаевская железная дорога привезла Семеновский полк. Бывший семеновец Макаров, участник карательной экспедиции, в эмиграции напишет книгу о своем полке «Моя служба в Старой Гвардии. 1905–1917».  И ни строчки об этом карательном походе. Запамятовал, как без разбора ставили к стенке людей в рабочей одежде.

 15 декабря, четверг

Москва переполнена рассказами о потерявших человеческий облик царских холуях. Войска ведут себя в Москве так, будто ведут бои в неприятельской столице. Стреляют по людям из удовольствия, убивают санитаров Красного креста, из пушек стреляют по невооруженной толпе в упор, так что только части тела разлетались по улице. Кровь и безнаказанность опьяняли. Теперь давайте снова удивимся тому, что в 17-м офицеров пускали в расход. Память еще свежа была.

16 — 17 декабря

Центром боев стала Пресня. В Москву прибывали все новые правительственные войска. Вдумайтесь товарищи! Армия, обученная, дисциплинированная, подтягивала подкрепления, словно ей противостояли не измученные рабочие, а регулярные части.

18 декабря, воскресенье

Убийцей Красной Пресни стала артиллерия. Потянулись груженые мертвыми телами обозы. Подавление восстания превратилось в череду бессмысленных убийств.

19 декабря, понедельник.

На Московско-Казанской железной дороге семеновцы без суда и следствия ставят рядами и расстреливают рабочих.

Вооруженное восстание было подавлено. Через двенадцать лет выжившие в бойне московских улиц сполна спросят со своих мучителей.

Андрейчев А.,

по материалам Интернета

Просмотров: 246

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*